Космос - «мир, вселенная и мироздание» (др. греческий), первоначальное значение - «порядок, гармония, красота».
Впервые термин Космос для обозначения Вселенной был применён Пифагором...








Интересные сайты:




Комедия ошибок

В битве при Лиссе впервые сошлись в бою не отдельные броненосцы, а целые броненосные эскадры. Казалось, в истории военно-морского искусства открылась новая глава, главными героями которой станут стальная броня и тяжелая артиллерия. Но ход противостояния оказался таков, что на авансцену выскочил таран, которым противники топили друг друга так же, как и во времена Античности.

Шутка про австрийскую армию, которая существует только для того, чтобы ее все били, а итальянская - для того, чтобы и австрийцам было кого побить, была актуальна и для военно-морской сферы.

Провозглашенное в 1861 году единое Итальянское королевство появилось на свет не столько благодаря победам итальянского оружия, сколько при помощи дипломатических интриг Камилло Кавура. Но Кавур умер, а единая Италия продолжала существовать в урезанном виде и мечтала отобрать у Австрии еще пару кусочков территории. Подходящий момент наступил в 1866 году, когда Австрия схлестнулась с Пруссией...

Дебютанты выходят на сцену

Парадоксально, но при слабости своих вооруженных сил итальянцы во многом опережали другие страны и в военной теории, и в техническом отношении. Их флот почти не имел боевого опыта, зато, создаваясь с нуля, комплектовался таким образом, что его ударную силу составили передовые для своего времени броненосцы, построенные на верфях Англии, Франции и Соединенных Штатов.

Двумя лучшими кораблями считались «Ре д'Италия» и «Ре ди Портогалло», хотя им недоставало плавучести и маневренности, а построены они были из сырого леса. Аналогичные недостатки имел и следующий по мощи вооружения «Аффондаторе», к которому командовавший итальянским флотом адмирал Карло ди Персано испытывал особую привязанность. Самым впечатляющим его элементом являлся мощный бронированный таран, выдававшийся вперед на 7,5 метра. Таранами располагали и два других броненосных корабля «Террибиле» и «Формидабиле», имевшие маневренность выше, чем у собратьев. Правда, ничего подобного нельзя было сказать про «Реджина Мария Пиа», «Кастельфидардо», «Анкона», «Сан Мартино» и «Принчипе ди Кариньяно», являвшимися, по сути, неуклюжими плавучими батареями. Завершали список броненосных судов две канонерские лодки «Палестро» и «Варезе».

Прочие силы состояли из оснащенных паровыми машинами, но сделанных из дерева фрегатов, корветов и канонерских лодок.

В любом случае итальянцы располагали более многочисленным и сильным флотом, да и по причине географического характера считались гораздо лучшими мореходами, нежели их противники. Но только считались.

Австрийский флот материализовался только в середине XIX века и строился с учетом опыта гражданской войны в США, давшей множество самых разных морских инноваций.

Командовавший им адмирал Вильгельм фон Тегетгофф получил солидный боевой опыт, еще в 1849 году участвуя гардемарином в осаде Венеции.

На Адриатике в его распоряжении имелись семь броненосцев - флагман «Эрцгерцог Фердинанд Макс», равный ему по классу «Габсбург», а также меньшие по размерам «Кайзер Максимилиан», «Принц Ойген», «Дон Хуан», «Драхе» и «Саламандер».

По вооружению и по мореходным качествам они не превосходили, а, скорее, даже уступали итальянцам. Аналогичная картина наблюдалась и с небронированными судами, среди которых первенствовал деревянный винтовой линейный корабль «Кайзер», вооруженный 90 гладкоствольными орудиями.

В общей сложности против эскадры Персано с 34 вымпелами и 695 орудиями Тегетгофф мог задействовать 27 судов с 525 орудиями. По броненосцам перевес у итальянцев был почти двукратным, а если учитывать нарезные орудия, то преимущество выглядело еще ощутимее - 276 против 121 пушки.

Впрочем, Наполеон говорил, что стадо баранов во главе со львом сильнее, чем львы, возглавляемые бараном. А Тегетгофф к тому же командовал не баранами, а вполне опытными и храбрыми моряками, что и определило исход сражения.

Этот суетливый сеньор Персано

Битва при Лиссе

Несмотря на численное превосходство, Персано изначально не хотел драться и выступил 17 июля 1866 года в поход из Анконы, только понукаемый правительством. Его целью была австрийская крепость на острове Лисса, овладение которой позволяло господствовать над всем Адриатическим морем. На следующий день итальянцы приступили к ее бомбардировке и перерезали телеграфный кабель, хотя гарнизон успел послать вопль о помощи и даже получил ответ Тегетгоффа, призывавшего держаться до подхода флота.

Предпринятые 18-19 июля бомбардировки оказались не то, чтобы бессмысленными, но так и не заставили островные батареи замолкнуть. Своим огнем они сорвали первую попытку десанта. Во втором случае отвечавший за высадку вице-адмирал Альбини сослался на сильный прибой, а в третий раз вообще ни на что не ссылался.

Между тем эскадра Тегетгоффа на всех парах неслась к Лиссе. Свои силы австрийский адмирал разделил на три дивизии, выстроившиеся идущими друг за другом клиньями. Первый клин, состоявший из семи броненосцев, должен был пробить строй противника, второй (1 линейный корабль, 5 фрегатов, 1 корвет) - атаковать неприятельские фланги, третий (7 канонерских лодок) - действовать по обстановке.

План был вполне эффективен, если учитывать, что Тегетгофф не знал и не мог знать главного - в каком состоянии его будут ждать итальянцы.

А состояние это было неважным. За время бомбардировки крепости Персано израсходовал значительную часть боеприпасов, а видимая бессмысленность происходящего вогнала его подчиненных в состояние моральной усталости.

Альбини, пытавшийся в очередной раз осуществить высадку, узнав о появлении на горизонте австрийцев, свернул операцию, но так и не успел или не захотел принять участие в сражении.

Сравнительно высокая скорость австрийцев в 9-10 узлов все же оставила Персано достаточно времени, чтобы собрать основные силы и выстроить их пеленгом - то есть в линию, преграждающую путь неприятелю. Однако в самый разгар построения итальянский адмирал вздумал переместиться с «Ре д'Италия» на свой любимый «Аффондаторе». При этом в строю образовался разрыв, в который противник и вклинился.

Вероятно, чтобы еще больше запутать своих подчиненных, Персано не оповестил их о своем перемещении, и большинство капитанов продолжали высматривать сигнальные флажки «Ре д'Италия» в ожидании руководящих указаний. Поданный с «Аффондаторе» сигнал о перестройке в кильватерную колонну они проигнорировали. Хотя, возможно, это было и к лучшему, поскольку неразбериха, по крайней мере, не усилилась, а нахождение в строю пеленга давало возможность вести концентрированный огонь по приближающемуся противнику.

Австрийцы тоже действовали не безупречно, хотя и выглядели выигрышно на фоне этого итальянского бедлама. Идя на таран, они открыли артиллерийский огонь, эффективность которого на полном ходу, да еще при движении клином, была весьма сомнительна и только сбивала темп наступления. Но они во всяком случае твердо нацелились на победу. Тегетгофф на протяжении всего сражения находился на виду у подчиненных при полном параде, в то время как Персано и носа не высовывал из бронированной рубки.

Пушки палили довольно активно. Итальянцы сделали около 4 тысяч выстрелов, австрийцы - 1,5 тысячи, но результативность их огня оказалась в десять раз выше. Однако пробить бомбами защиту вражеских броненосцев не удавалось. Моряки гибли, только когда выстрелы производились в упор, сметая все, что находилось на палубе, или снаряды залетали в пушечные порты. На «Аффондаторе» итальянцы от волнения часто заряжали орудия одним порохом, забывая закладывать снаряды. Конечно, это оправдывает их невысокую меткость, но многое говорит о боевом духе.

В общем, главное слово осталось за таранами, которые, впрочем, тоже можно было использовать с большим успехом.

Удар! Еще удар!

Отрезанные от основных сил три итальянских броненосца контр-адмирала Вакки пытались обойти левый фланг австрийцев и обходили его так долго, что практически не приняли участия в сражении.

Зато Тегетгофф, вклинившись во вражескую линию, сумел собрать все суда первой дивизии и обрушиться с семью броненосцами на три броненосца противника. Таким образом, он добился подавляющего перевеса в решающем месте. Главной его целью стала «Ре д'Италия», которую он дважды безуспешно пытался таранить на своем «Фердинанде Максе». С большей удачей действовал «Кайзер Максимилиан», который сумел таранным ударом вывести из строя руль и лишить итальянский корабль управления. Подоспевший «Фердинанд Макс» добил его ударом в средину корпуса, после чего дал задний ход, обнажив у противника пробоину в 16 квадратных метров. Экипаж «Ре д'Италия» продолжал вести огонь, даже когда корабль уходил на дно морское. Восхищенные такой отвагой австрийцы пытались оказать помощь, но затем отвлеклись на других противников.

Самая напряженная схватка развернулась межу «Аффондаторе» и деревянным «Кайзером», который через некоторое время сражался уже не с одним, а с четырьмя неприятелями. С отчаяния австрийское судно пыталось таранить «Ре ди Портогалло», что, учитывая разницу в вооружении и защите, выглядело, как бодание теленка с дубом.

Потеряв от собственного удара трубу и мачты, «Кайзер» сумел все же вырваться из огненного кольца, миновать так и не решившийся на таран «Аффондаторе» и укрыться в гавани Лиссы.

«Аффондаторе», чьи действия были, вероятно, самыми нелепыми в этом сражении, промахнулся, тараня «Принца Ойгена», и начал выходить из боя, поскольку в результате неуклюжих маневров, броневая обшивка начала сваливаться с него, как чешуя с дракона.

«Ре ди Портогалло», «Реджина Мария Пиа» и «Варезе» еще некоторое время «танцевали» с троицей «Дон Хуан», «Кайзер Максимилиан» и «Принц Ойген». Никто никого не таранил, хотя «Ре ди Портогалло» лишилась нескольких броневых плит, потеревшись с «Принцем Ойгеном» бортами. Попытавшаяся присоединиться к этим «танцам» «Анкона» схлопотала плюхнувшуюся на батарейную палубу бомбу, после чего ее экипаж занялся тушением пожара. Завершающим аккордом прозвучал взрыв так и не потушенного «Палестро», который стал вторым броненосцем, потерянным итальянцами в этой битве.

Противники к этому времени поменялись местами. Австрийцы оказались у самой Лиссы, а итальянцы - в открытом море. Сама судьба, казалось, указывала Персано, что надо ретироваться в Анкону. И он решил, что спорить с судьбой бесполезно.

Тегетгофф вроде бы собирался гнаться за неприятелем, но потом махнул рукой и, убедившись, что Лиссе ничего не грозит, увел флот в Полу.

Австрийцы выиграли битву вчистую, потеряв 38 человек убитыми. Итальянцам сражение стоило 600 человек и двух броненосцев, не считая «Аффондаторе», который, так и не успев отремонтироваться, затонул во время шторма в гавани Анконы.

На исход войны битва при Лиссе не повлияла, поскольку условия мира определила победа пруссаков при Садове. Но ее влияние на военно-морскую стратегию оказалось значительным. Почти 30 лет тараны считались главным оружием броненосцев, что и определяло их конструкцию. В тактике основная ставка делалась на «фехтовальные» поединки отдельных кораблей с таранным ударом. Правда, сражения с применением тарана так и не состоялись, а острые шпироны броненосцев отправили на дно не один десяток своих же кораблей, протараненных во время маневров на море. Артиллерии отводилась вторичная роль до тех пор, пока в конце XIX века снаряды не стали пробивать броню, и артиллерия снова не стала основным оружием военных кораблей.

Умения держать строй и вести концентрированный огонь снова превратились в главные условия победы и оставались таковыми на протяжении всего XX века.

Олег ПОКРОВСКИЙ










Предыдущая     Статьи     Следущая











Друзья сайта: