Космос - «мир, вселенная и мироздание» (др. греческий), первоначальное значение - «порядок, гармония, красота».
Впервые термин Космос для обозначения Вселенной был применён Пифагором...








Интересные сайты:




Заговор генералов.

Подробности малоизвестного заговора против Гитлера

5 ноября 1937 года Гитлер провел секретное совещание в узком кругу. Присутствовали военный министр генерал-фельдмаршал фон Бломберг, командующие видами вооруженных сил генерал-полковник фон Фрич, адмирал Редер и шеф люфтваффе Геринг, а также министр иностранных дел фон Нойрат. Гитлер, явно пребывавший в приподнятом настроении, заявил буквально следующее: он полон решимости развязать в Европе большую войну в самые ближайшие сроки.

Затем в своей экзальтированной речи, продолжавшейся более четырех часов, он подробно развивал перед слушателями свой замысел. В ту пору некоторые немецкие генералы и политики еще позволяли себе возражать фюреру.

После того, как Гитлер закончил говорить, развернулась бурная дискуссия, в ходе которой Бломберг, Фрич и Нойрат выступили резко против изложенных планов, указывая на серьезный риск, ожидавший Германию в случае ее втягивания в войну с западными державами.

Но похоже, аргументы оппонентов интересовали Гитлера лишь в одном определенном смысле: он просто устроил проверку, чтобы выяснить, все ли генералы и дипломаты способны безоговорочно идти за ним до конца, все ли они могут служть новому режиму «волкодавом, готовым разорвать на куски чужих». Получалось, что нет, не все.

Ну, а раз так, то прежде чем приступать к реализации глобальных замыслов, надо было избавиться от несогласных и колеблющихся. В самом скором времени Гитлер устроил среди военных и дипломатов настоящую кадровую чистку. По надуманным причинам в отставку были отправлены Бломберг и Фрич, а также еще 16 наиболее несговорчивых генералов, кроме того, 44 смещены с ключевых постов.

Ф.Гальдер, А.Гитлер, В.Браухич

Кресло военного министра занял генерал-фельдмаршал фон Браухич, известный среди офицерского корпуса своей угодливостью и слабохарактерностью. От должности был освобожден и министр иностранных дел Нойрат, а также целый ряд высокопоставленных дипломатов старой школы. На расправу с «инакомыслящими» Гитлеру понадобилось всего чуть больше трех месяцев.

После проведения этой акции фюрер нередко называл генералов вермахта трусами и не скупился на унижения в их адрес. И это ни для кого не было секретом.

Расправа с популярными военачальниками вызвала широкое недовольство в армии. Многие германские генералы и политики навсегда запомнили горький для себя опыт Первой мировой войны. Все военные прекрасно знали, что Франция вместе с союзниками способна в короткий срок мобилизовать армию, троекратно превосходящую по численности германские вооруженные силы.

В этих условиях гитлеровские планы нападения на Чехословакию казались безумием.

Постепенно сложились небольшие, но влиятельные группы заговорщиков. Движущей силой и посредником между этими группами стал руководитель центрального отдела Абвера, в ту пору полковник Ханс Остер, противник нацизма, пользовавшийся покровительством Канариса.

По отзывам современников, этот человек сочетал в себе нравственность и хитрость, изобретательность и психологический расчет, верность офицерской чести и, вместе с тем, некоторый авантюризм.

Уже с весны 1938 года, началось настоящее паломничество представителей немецкого Сопротивления в Париж и Лондон.

Участник заговора, начальник Генерального штаба Людвиг Бек давал наказ своим посланцам: «Привезите мне твердые доказательства, что Англия будет воевать в случае нападения на Чехословакию, и я прикончу этот режим!»

Через немецких дипломатов в Лондон потоком шли предложения вмешаться и оказать давление на «полуобразованного, играющего мускулами диктатора», просьбы прислать на переговоры с ним «решительного генерала с плеткой».

Вряд ли фюрер догадывался, что над его головой собираются грозовые тучи. В конце августа он сместил Бека, поставив на его место генерала Гальдера, не подозревая, что тот тоже входит в число заговорщиков. Гальдер люто ненавидел Гитлера, называя его «душевнобольным», «преступником» и «кровопийцей».

Именно Гальдер расширил рамки замысла заговорщиков, доведя его до плана государственного переворота, который должны были поддержать командиры частей, расквартированных в Потсдаме, Ландсберге и Тюрингии.

Предусматривалось арестовать Гитлера и других нацистских вожаков в момент объявления войны против Чехословакии. Арест должен был пройти под руководством командующего берлинским военным округом генерала фон Вицлебена. Затем планировалось провести открытый судебный процесс против нацистских бонз.

В заговоре участвовал советник имперского суда Ханс фон Донаньи, который еще с 1933 года тайно собирал обвинительные материалы для будущего судебного процесса против Гитлера. Среди заговорщиков были начальник берлинской полиции граф Хельдорф, его заместитель граф фон дер Шуленбург, а также заведующий психиатрическим отделением берлинской клиники «Шарите» профессор Карл Бонхефер, который по одному из сценариев переворота должен был стать председателем врачебной комиссии и объявить Гитлера душевнобольным.

Предусматривался также захват радиостудии. Были составлены тексты обращения к населению.

Наконец, был сформирован особый ударный отряд, перед которым стояла задача ворваться в нужный момент в рейхсканцелярию, где у заговорщиков были свои люди, и пленить Гитлера и его окружение.

Боевиков возглавлял Фридрих Хайнц - бывший руководитель «Стального шлема». Его бойцы, лично отобранные им молодые офицеры, рабочие и студенты, размещались с вооружением и взрывчаткой на частных берлинских квартирах. Впрочем, у Хайнца был свой план, о котором руководители заговора даже не догадывались.

Он заранее дал своим людям секретное указание не арестовывать Гитлера, а пристрелить его при первой же возможности. Итак, все было расписано до мелочей. Даже Браухич после некоторых колебаний согласился поддержать секретную акцию. Оставалось только дождаться «часа Икс».

26 сентября Лондон жестко заявил, что в случае нападения на Чехословакию Англия выступит на стороне Франции. В ответ Гитлер отдал приказ провести подготовку наступления на Чехословакию первым эшелоном войск, а еще через несколько часов распорядился мобилизовать девятнадцать дивизий. Ожидалось, что на следующий день, 28 сентября, он объявит о всеобщей мобилизации, после чего его песенка будет спета. И вот этот день настал.

Браухич находился в здании правительства, чтобы сразу же после приказа Гитлера послать к заговорщикам, которые собрались в здании Генштаба, курьера. Фон дер Шуленбург сообщил, что большая двойная дверь, ведущая в рейхсканцелярию, будет открыта, а в карауле будут верные люди, которые укажут дорогу в кабинет Гитлера.

Ударный отряд Хайнца находился в полной боевой готовности. Время тянулось невыносимо медленно. Все ждали курьера, который должен был произнести в качестве пароля два заветных слова: «Пора действовать!» И вот курьер прибыл и произнес два слова, но это были совсем другие слова! Курьер тихо сказал: «Он согласился...» Заговорщики не сразу поняли, кто такой «он», и с чем именно «согласился».

Оказалось, Гитлер приостановил уже подготовленный приказ о нападении на Чехословакию и согласился на проведение конференции в Мюнхене. Настроение руководителей заговора тотчас переменилось. Всех, в том числе генерала Вицлебена, словно бы охватил некий паралич воли. Им начало казаться, что теперь они рискуют остаться без массовой поддержки, а раз так, то и выступление, с их точки зрения, теряло смысл. Напрасно Хайнц пытался воодушевить их, убеждая, что ничего еще не потеряно, и что его люди выполнят возложенную на них задачу.

Его позицию поддержал другой активный заговорщик - Ханс Гизевиус, уполномоченный Абвера при немецком генеральном консульстве в Цюрихе, отчаянными уговорами пытавшийся склонить генерала Вицлебена к решительным действиям, несмотря ни на что.

«Это будет конец Гитлера!» - восклицал он.

Но у всех военных в буквальном смысле слова опустились руки. Один из генералов фаталистически проронил: «Этот человек - судьба Германии, и эта судьба пройдет свой путь до конца...» Тщательно спланированный переворот так и не состоялся.

Видный заговорщик из числа гражданских лиц, обербургомистр Лейпцига Карл Герделер писал в те дни: «Побоявшись небольшого риска, мистер Чемберлен сделал войну неизбежной. Английскому и французскому народам придется защищать свою свободу с оружием в руках, если они не предпочтут рабское существование».

Заговор 1938 года так и не был раскрыт гестапо. Многие из его участников, в том числе Бек, Вицлебен, Хельдорф, Остер, Герделер, позднее приняли участие в июльском заговоре 1944 года, пойдя уже до конца и заплатив за это своими жизнями.

Кто знает, может, они не раз сожалели о том, что тогда, в 38-м, когда Гитлера еще можно было остановить, им не хватило воли и веры в себя.

Валерий НЕЧИПОРЕНКО








Предыдущая     Статьи     Следущая











Друзья сайта: